123112, г. Москва, Пресненская набережная, д. 12 (башня Федерация «Восток»), офис 5203 8 (495) 142-53-60

ОБЗОР: Реформа банкротства в окружении дискуссий

Москва. 18 июня. ИНТЕРФАКС - В России готовится масштабная реформа института банкротства, основные черты которой - желаемое повышение эффективности, увеличение роли государства и снижение влияния кредиторов. Последние сильно обеспокоены.

В марте 2020 года Минэкономразвития обнародовало законопроект, кардинально меняющий процедуру банкротства в России. Своими целями ведомство назвало сокращение ее длительности и повышение эффективности реабилитационных мер.

Прежде всего, проект сокращает количество процедур несостоятельности - сохраняются только оздоровление и конкурсное производство. Существующие сейчас наблюдение, финансовое оздоровление и внешнее управление будут ликвидированы. Также документ ограничивает срок деятельности компаний-банкротов: они должны будут прекратить ее через девять месяцев после открытия конкурсного производства. Правда, кредиторы смогут принять иное решение, но тогда будут нести финансовые риски за такое решение.

За время обсуждения к проекту поступило более 1000 замечаний. Опубликованная на едином портале раскрытия информации о готовящихся нормативных правовых актах сводка предложений уместилась на 3741 странице.

БОЛЬШЕ ПРАВ НАЛОГОВИКАМ

После общественного обсуждения Минэкономразвития предложило изменить правила выявления признаков преднамеренного и фиктивного банкротства у компаний с долгами по налогам свыше 100 млн рублей, у стратегических предприятий, у акционерных обществ, более чем на четверть принадлежащих государству или местным властям, у государственных и муниципальных предприятий. Эти обязанности вместо арбитражных управляющих должен выполнять федеральный орган исполнительной власти, который выберет правительство.

Этим органом может стать Федеральная налоговая служба (ФНС), беспокоятся в Сбербанке, а потому сомневаются в целесообразности такой новации, рассказал "Интерфаксу" источник, знакомый с замечаниями банка к законопроекту.

"Совмещение контролирующих функций и статуса кредитора в процедуре действительно может привести к возникновению конфликта интересов", - сказал "Интерфаксу" вице-президент, директор департамента по работе с проблемными активами Сбербанка Максим Дегтярев.

Эти опасения разделяет партнер юрфирмы "Пепеляев групп" Юлия Литовцева, которая приводит в пример Агентство по страхованию вкладов (АСВ), выступающее во многих делах о банкротстве кредитных организаций как минимум в двух ипостасях (кредитор, конкурсный управляющий). "Мы видим, что это приводит к нарушению баланса интересов независимых кредиторов, должника и его собственников", - говорит она.

Адвокат, партнер коллегии адвокатов "Муранов, Черняков и партнеры" Максим Платонов считает, что из-за таких рисков ответственным за проверку признаков банкротства, скорее всего, будет назначена не ФНС, а иной орган. Им может стать Росимущество, которое уже отвечает за подготовку заключений по отчетам оценщиков при банкротстве предприятий, более 25% акций голосующих акций которых находится в государственной или муниципальной собственности, считает партнер правового бюро "Олевинский, Буюкян и партнеры" Юлия Трофимова.

"Вопрос об определении уполномоченного на подготовку заключений федерального органа исполнительной власти будет являться предметом дополнительного обсуждения в случае имплементации в закон положения об этом органе", - сообщил "Интерфаксу" заместитель министра экономического развития Илья Торосов. По его словам, сам по себе набор полномочий ФНС, среди которых представление требований государства в деле о банкротстве, контроль и надзор за соблюдением законодательства о налогах и сборах, госрегистрация юрлиц и индивидуальных предпринимателей, не свидетельствует о существовании конфликте интересов. В связи с этим, по его словам, отсутствуют основания полагать и о возникновении такого конфликта в перспективе - в части предусмотренного законопроектом регулирования.

С ним согласен председатель "Банкротного клуба" Олег Зайцев. "Не думаю, что здесь будет конфликт интересов, ведь ФНС не занималось управлением этими предприятиями до того, как они попали в процедуру банкротства. У ФНС очень большой и успешный опыт сопровождения процедур банкротства, который позволяет ей эффективно, а не чисто формально проводить финанализ. Меньше всего ее можно заподозрить в желании "отмазать" контролирующих лиц от ответственности, что, увы, бывает при сговоре управляющего с ними", - считает О.Зайцев.

ЗАЧЕТ? НЕЗАЧЕТ

Еще одна новелла, связанная с ФНС, касается предложения Минэкономразвития разрешить в банкротстве зачет излишне уплаченных или взысканных обязательных платежей в счет недоимки по ним.

Кредиторы, вовлеченные в процесс обсуждения, соглашаются, что это правомерно, но аналогичное правило надо распространять на сходные требования - например на так называемые "длящиеся обязательства" (должны исполняться участниками сделки после возбуждения дела о банкротстве - ИФ).

"Сам по себе зачет в банкротстве возможен в ряде развитых правопорядков (обычно по длящимся обязательствам), и как один из инструментов урегулирования задолженности в банкротстве он вполне допустим. Другое дело, что право на применение зачета не должно нарушать принцип равенства кредиторов одной очереди, как один из основополагающих принципов банкротства", - сказал "Интерфаксу" М.Дегтярев из Сбербанка.

Но в Минэкономразвития опасаются расширения этого подхода за пределы налоговых обязательств. "В части требований по обязательным платежам, вряд ли возможно предположить возможность намеренного формирования недобросовестным лицом искусственной задолженности с целью использования механизма зачета. Задолженность по обязательным платежам, например налогам и сборам, определяется по данным деклараций (расчетов), представляемых самим должником, и платежами, то есть объективными и легко проверяемыми данными", - сказал И.Торосов.

"Налоговые органы тратят колоссальные средства на участие в деле о банкротстве, это известный факт, причем за счет налогоплательщиков. Когда переплата перекрывает недоимку по налогам, то при проведении зачета налоговикам не нужно будет подавать заявление в дело о банкротстве и тратить государственные средства", - отмечает партнер, руководитель практики "Налоговое и бухгалтерское консультирование" правового бюро «Олевинский, Буюкян и партнеры» Елена Родионова. "В случае принятия изменений считаю, что проведение зачетов с налоговыми органами должно стать прозрачной регламентированной процедурой, в одностороннем порядке проводить зачет по налогам и сборам нельзя", - добавляет эксперт.

МЕНЬШЕ ПРАВ У КРЕДИТОРОВ

Замечания у банков, которые часто являются крупнейшими кредиторами организаций-банкротов, и юристов вызвало предложение Минэкономразвития назначать арбитражных управляющих по итогам конкурса, в рамках которого саморегулируемые организации (СРО) выдвигают своих членов для ведения того или иного дела, а победа присуждается случайным образом на основании рейтинга управляющих с учетом балльной системы оценки их прежней работы. Эти баллы учитывают ряд факторов, в частности процент погашения требований кредиторов в делах, которые ранее вел управляющий, и повышение цены продажи на торгах.

Сейчас кандидатуру управляющего или СРО для выдвижения кандидата может предложить тот, кто первым подал заявление о банкротстве. Кандидата может назвать и собрание кредиторов банкрота, если предыдущий был освобожден или отстранен от этой работы.

Новая система назначений, по задумке авторов проекта, должна повысить независимость управляющих и снизить влияние кредиторов.

Последние видят в этом серьезные риски. "Выбор случайным образом человека для управления активами компании, а, по сути, деньгами кредиторов, - достаточно рискованное предложение. В сходных ситуациях директоров компаний или подрядчиков для строительства выбирают исходя из опыта, знаний, навыков", - сказал "Интерфаксу" М.Дегтярев из Сбербанка.

По его словам, в ситуации, когда должник является банкротом, основная задача арбитражного управляющего - наиболее оперативно продать имущество должника по максимально возможной цене, чтобы рассчитаться с кредиторами. Поэтому, считает М.Дегтярев, и выбирать кандидатуру арбитражного управляющего должны кредиторы.

"Кредиторы являются пострадавшей стороной и должны влиять на выбор кандидатуры кризисного менеджера, поскольку от его действий зависит степень удовлетворения требований", - соглашается М.Платонов.

Кроме того, М.Дегтярев обращает внимание на то, что проект также лишает права кредиторов установить дополнительные требования к арбитражным управляющим. Но это может быть необходимо для отдельных процедур, требующих специальной квалификации, говорит он.

В Минэкономразвития не согласны с этим замечанием. СРО должна представлять кандидата-управляющего в дело о несостоятельности с учетом его специализации, опыта, других показателей, сказал "Интерфаксу" источник, знакомый с позицией ведомства.

"Когда, к примеру, акционеры, в том числе от имени государства, избирают в организации  единоличный исполнительный орган, который будет управлять предприятием, никому в голову не приходит  избирать менеджера  методом случайного отбора. Почему же кредиторы должника для управления своими долгами (читайте: своим имуществом) должны выбирать арбитражного управляющего путем случайного отбора? Почему они не имеют право назвать  саморегулируемую организацию, которая сама  подберет кандидатуру, отвечающую запросу кредиторов  и отвечающую их требованиям. Можно дать  право кредиторам ужесточать требования к кандидатурам. На фоне предложенных поправок отдельные арбитражные управляющие уже продумывают, как можно «накрутить» себе рейтинг повыше  и как снизить рейтинг конкурентов", - говорит председатель Совета Национального Союза профессионалов антикризисного Управления Наталья Коцюба.

БЫТЬ ЛИ СРО 

По словам Н.Коцюбы, законопроект окажет негативное влияние на систему смаорегулирования, им, в частности, предусмотрено фактическое лишение СРО права на защиту от необоснованных компенсационных выплат. "В случае удовлетворения судом требования о взыскании с арбитражного управляющего убытков в судебном акте указывается на принудительное взыскание этих убытков с СРО в течение 30 календарных дней. Институт субсидиарной ответственности фактически перестает существовать, поскольку возмещение убытков арбитражным управляющим или страховой организацией в течение месяца со дня вступления в силу судебного акта маловероятно. Списание средств из компенсационных фондов будет происходить автоматически при отсутствии возможности представления возражений относительно выплаты со стороны СРО", - отмечает Н.Коцюба.

"Совокупность предлагаемых норм о саморегулировании говорит о том, что авторы законопроекта больше не хотят поддерживать существующий ландшафт. Негативное отношение авторов законопроекта к саморегулированию деятельности арбитражных управляющих можно выразить строками из Интернационала «…мы разрушим до основанья, а затем мы наш, мы новый мир построим – кто был ничем, тот станет всем». Дошло даже до нормы о стигматизации арбитражных управляющих – я имею в виду трехлетний запрет на профессию для тех, кто участвовал в саморегулируемой организации, ликвидированной за недостаток компенсационного фонда или минимального количества членов. Это, конечно, вряд ли соответствует Конституции РФ", - говорит руководитель правового бюро «Олевинский, Буюкян и партнеры» Эдуард Олевинский.

СЛОЖНАЯ НЕЗАВИСИМОСТЬ

Вряд ли предложенный вариант балльной системы поможет добиться независимости управляющих, сомневается ряд экспертов. Законопроект предусматривает рейтингование арбитражных управляющих по критериям, которые от них практически не зависят, говорит директор Российского союза саморегулируемых организаций арбитражных управляющих (РССОАУ) Кирилл Ноготков.

"Основные критерии рейтинга арбитражного управляющего - процент удовлетворения требований кредиторов и повышение цены имущества при его продаже с торгов - не зависят от эффективности управляющего", - соглашается Эдуард Олевинский. Доля удовлетворения требований кредиторов зависит прежде всего от состояния должника, в котором он пришел к банкротству. Повышение цены на торгах зависит от начальной цены продажи имущества, определяемой кредиторами, указывает он.

По мнению Ю.Литовцевой, предложенные порядок и критерии отбора арбитражных управляющих представляются чрезвычайно сложными и непрозрачными несмотря на обилие учитываемых факторов и формул. Трудно представить, кто и каким образом сможет оценить достоверность баллов.

"Формула расчета только выглядит сложной, на самом деле она довольно проста, но хорошо математически продумана, в том числе для затруднения манипулирования рейтингом", - возражает О.Зайцев. По его словам, ее введение нивелирует основной недостаток случайного выбора - риск того, что особенности конкретного должника и конкретного управляющего не будут учтены, а также снижение мотивации управляющего работать лучше. Рейтинг управляющих, считает О.Зайцев, даст преференции тем, кто работает лучше.

При этом, по мнению О.Зайцева, несомненно главное достоинство предлагаемой схемы выбора управляющего - затруднение его сговора с конкретным участником дела о банкротстве во вред остальным.

МАСШТАБНОСТЬ

"Законопроект масштабный, и хорошее в нем, безусловно, есть. Это прежде всего реабилитационная процедура, в которой решающим голосом обладают только те кредиторы, интересы которых затрагиваются реструктуризацией. Взамен судебного нормотворчества о субординации требований аффилированных кредиторов, повысившее конфликтность процедуры и соответственно издержки на нее, предлагаются нормы, которые предоставляют право таким кредиторам принимать участие в процедуре, хоть и в очень ограниченной роли. Изменения в стимулирующую часть вознаграждения арбитражных управляющих тоже заслуживают поддержки", - отмечает Эдуард Олевинский.

К недостаткам проекта, по мнению О.Зайцева, относится недопустимая привилегия налогового органа: залоговый статус требований по доначисленным налогам, сокрытым налогоплательщиком, датой возникновения которого является дата просрочки уплаты налога. "Это решение радикально ухудшит эффективность залога как обеспечения на случай банкротства и сведет к нулю и без того небольшие шансы необеспеченных кредиторов третьей очереди", - отмечает эксперт.

"Также я считаю недостаточно эффективной формулу расчета процентов по вознаграждению управляющего – их нужно рассчитывать из выручки, поступившей в массу, не вычитая из нее расходы управляющего. В части реабилитационных процедур существенным недостатком проекта является отсутствие в нем возможности утверждения судом реабилитационного плана без согласия кредиторов. Надеюсь, появление такой возможности в рамках моратория в виде судебной рассрочки поможет добавить ее и в этот проект", - говорит О.Зайцев.

В целом, по словам О.Зайцева, скорейшее принятие законопректа поможет экономике в этот труднейший период.

Copyright © 1989 - 2020 Интерфакс
Все права защищены
Использованы материалы Новостной ленты "Интерфакс"


Дата публикации: 22.06.2020 08:26